Российской федерации новосибирская государственная медицинская академия

Содержание
НОВОСИБИРСК - 2004 г.
Научный руководитель:                                                КОРОЛЕНКО
Официальные оппоненты:                            КРАСИЛЬНИКОВ
ШУБИНА Ольга Сергеевна
Общая характеристика работы
Материалы и методы исследования
Примечание к рис. 1: p 0,001.
Результаты исследования и их обсуждение
Примечание к рис. 2: p 0,001.
Примечание к рис. 4: p 0,001.
Примечание к рис. 7: p 0,001.
Примечание к рис. 8: p 0,001
Примечание к рис. 9: p 0,001.
Примечание к рис. 10: p 0,001.
Примечание к рис. 11: p 0,001.
Примечание к рис. 12: p 0,001.
Примечание к рис. 14: p 0,001.
Практические рекомендации
Список работ, опубликованных по теме
Подобный материал:

МИНИСТЕРСТВО ЗДРАВООХРАНЕНИЯ

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


НОВОСИБИРСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ

МЕДИЦИНСКАЯ АКАДЕМИЯ

 

 

 

На правах рукописи


 

 

 

ЛОСКУТОВА Виталина Александровна


 

ИНТЕРНЕТ-ЗАВИСИМОСТЬ КАК ФОРМА НЕХИМИЧЕСКИХ

АДДИКТИВНЫХ РАССТРОЙСТВ

 

 

14.00.18. – психиатрия

 

 

 

 

АВТОРЕФЕРАТ

 

 

 

диссертации на соискание ученой степени

кандидата медицинских наук

 

 

 

 

 

 

 

 

^ НОВОСИБИРСК - 2004 г.

Работа выполнена на кафедре психиатрии и наркологии Новосибирской государственной медицинской академии МЗ РФ

 

 

^ Научный руководитель:                                                КОРОЛЕНКО

доктор медицинских наук, профессор        Цезарь Петрович

 

 

^ Официальные оппоненты:                            КРАСИЛЬНИКОВ

доктор медицинских наук, профессор        Геннадий Тимофеевич

 

кандидат медицинских наук                           ^ ШУБИНА

Ольга Сергеевна

 

Ведущее учреждение: Сибирский медицинский университет, г. Томск

 

 

Защита состоится «13» апреля 2004 г. в 10.00 час. на заседании диссертационного совета К208.062.01 при Новосибирской государственной медицинской академии МЗ РФ по адресу: 630091 г. Новосибирск, Красный проспект, 52, тел. 22-22-86.

 

 

 

 

С диссертацией можно ознакомиться в научно-медицинской библиотеке Новосибирской государственной медицинской академии.

 

 

 

 

 

 

Автореферат разослан «2»  марта 2004 г.

 

 

 

 

 

Ученый секретарь

диссертационного совета

доктор медицинских наук                                                              Грибачева И.А.

^ ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

 

Актуальность темы. В настоящее время актуальность исследования проблемы интернет-зависимости становится все более очевидной в связи с ростом количества интернет-пользователей в России и в мире.

Все больше пользователей ежедневно подключается ко «Всемирной Паутине». В связи с возрастающей компьютеризацией и «интернетизацией» российского общества стала актуальной проблема патологического использования интернета, обозначенная в зарубежной литературе I. Goldberg, K. Young еще в конце 80-х. Речь идёт о так называемой «интернет-зависимости» (синонимы: интернет-аддикция, нетаголизм, виртуальная аддикция, кибераддикция). Первыми с ней столкнулись врачи-психотерапевты, а также компании, использующие в своей деятельности интернет и несущие убытки, в случае, если у сотрудников появляется патологическое влечение к пребыванию «онлайн». Предполагается, что Cyber Disorder (CD) войдет в международную классификацию болезней DSM-V (Zenhausen B., 1995) наравне с другими нехимическими аддикциями – гэмблингом, любовными, сексуальными, ургентными аддикциями, аддикциями избегания, отношений, патологическому стремлению к трате денег и работоголизмом. Необходимо рассмотреть особенности интернета, позволяющие ему становиться аддиктивным агентом, а также учесть характерную для аддиктов периодическую смену аддиктивных реализаций. Важно выявить пользователей с повышенным риском развития интернет-аддикции и прицельно применить профилактические мероприятия. В связи с вышеизложенным представляется актуальным изучение особенностей формирования и динамики аддиктивного процесса при интернет-зависимости, которая является новой аддик-цией, качественно отличающейся от других нехимических форм выходом на безграничные возможности виртуального мира (Короленко Ц., Дмитриева Н., 2001).

Масштабное исследование интернет-зависимости, проведенное автором в русскоязычном секторе интернета в течение 1999-2003 годов, а также полученные клинические данные позволяют более детально осветить эту проблему.

Цель исследования:

Изучить специфику социодинамических аспектов основных закономерностей формирования и динамики аддиктивного механизма интернет-зависимости, ее культуральных особенностей у пользователей русскоязычного интернета для прогнозирования возникновения и развития интернет-зависимости и составления программ ее коррекции и профилактики.

Задачи исследования:

1.      Изучить особенности формирования интернет-зависимости.

2.      Дать анализ социально-психологических характеристик лиц, предрасположенных к формированию интернет-зависимости.

3.      Исследовать динамику аддиктивного поведения у интернет-аддиктов (включая возможные варианты смены содержания аддиктивной реализации).

4.      Выявить состояния, коморбидные интернет-зависимости.

5.      Предложить стратегии коррекции и профилактики интернет-зависимости.

Научная новизна. В рамках данного исследования выявлено, что у интернет-аддиктов сформирована аддиктивная личность со свойственными ей стратегиями и системой психологических защит, аддиктивными навыками. Интернет-аддикты испытывают затруднения в установлении и удержании социальных контактов вне сети, в контроле длительности пребывания в интернете, страдает учебная и/или производственная деятельность.

У интернет-аддиктов выявлена предрасположенность к полиаддиктивным проявлениям, сочетание химических (алкоголь, наркотики) и нехимических (компьютерный гэмблинг, сексуальная аддикция) аддиктивных реализаций. Также наблюдается коморбидность, то есть сочетание аддикции с эпизодами депрессий различного регистра. Нередко наблюдается активация аутодеструктивного драйва вплоть до суицидальных тенденций.

Научно обосновано применение психотерапевтической коррекции в модальности бихевиорально-когнитивной терапии и психофармакотерапии препаратами, снимающими психоэмоциональное напряжение, для коррекции интернет-зависимости.

Практическое значение. Изучение аддиктивных реализаций в специфической среде интернета позволило уточнить степень притягательности и особенности использования интернета в качестве средства ухода от реальности и способа получения удовольствия, выявить коморбидность интернет-зависимости с другими расстройствами, а также предложить варианты возможной терапии интернет-аддикции. Проведение скринингового обследования послужило профилактикой и, отчасти, психокоррекцией лиц с пограничным количеством баллов по шкале K. Young и интернет-зависимых. Обратная связь от исследователя с информацией о наличии или отсутствии зависимости помогла многим респондентам критично оценить ситуацию и принять меры по коррекции поведения.

Положения, выносимые на защиту:

1. Интернет-зависимость формируется у аддиктивно-предрасположенной личности в соответствии с динамикой, свойственной классическому аддиктивному процессу, или является новой аддиктивной реализацией у уже сформировавшегося аддикта.

2. Интернет может выступать в качестве аддиктивного агента. Факторы, делающие интернет притягательным в качестве средства ухода от реальности и способа получения удовольствия:

2.1. Сверхличностная природа межличностных взаимоотношений.

2.2. Возможность анонимных социальных интеракций.

2.3. Возможность для реализации представлений, фантазий с обратной связью.

2.4. Вуайеристический аспект.

2.5. Эксклюзивная возможность поиска нового собеседника, удовлетворяющего практически любым критериям, нет необходимости удерживать его внимание.

2.6. Расширение возможностей для коммуникации в различных виртуальных группах, дающих возможность для получения определенного социального статуса.

2.7. Неограниченный доступ к информации

3. Для интернет-аддиктов характерно «предвкушение» аддиктивной реализации, проблема контроля времени в сети, низкая критика к собственному состоянию, нарушение социальной адаптации, в том числе проблемы с работой и/или учебой, сложности в установлении и/или удержании социальных контактов вне интернета, а также «комплекс недостаточности» (низкая самооценка, неудовлетворенность собой). В сравнении с пребыванием в интернете реальная жизнь представляется аддиктам скучной, пустой, безрадостной, отдается предпочтение установлению новых социальных связей в интернет-среде. При длительном воздействии аддиктивного агента у интернет-зависимых возникают следующие коморбидные состояния: депрессивные расстройства различного регистра, в том числе с суицидальными тенденциями; нарушения режима и качества сна; цефалгии; боли в спине; синдром карпального канала.

4. При интернет-зависимости формируется классический аддиктивный континуум, поэтому, когда данный аддиктивный агент (интернет) перестает оказывать желаемое действие, существует вероятность смены способа аддиктивной реализации на другие нехимические (гэмблинг, сексуальная аддикция) или на химические аддикции (алкоголизм, наркомания).

5. Коррекция аддиктивного поведения с патологическим использованием интернета не может ограничиваться элиминацией данного способа аддиктивной реализации и требует длительного лечения психотерапевтом индивидуально или в группе. Цель ее должна включать: повышение самооценки и самоосведомленности, усиление контроля над импульсами, увеличение стабильности межличностных отношений, а также социальную адаптацию. При необходимости к психотерапевтическому воздействию должна быть присоединена психофармакотерапия препаратами, снимающими психоэмоциональное напряжение: антидепрессантами (селективные ингибиторы обратного захвата серотонина), анксиолитиками (атаракс, ксанакс, алпрозалам) и/или седативными препаратами (сибазон, оксазепам, реланиум).

Апробация работы. По материалам диссертации опубликованы три статьи в центральной печати, статья в научно-практическом журнале, статья в сборнике научных работ медицинского института. Данные исследований докладывались на итоговой научной конференции студентов и молодых ученых, на Съезде психиатров России, неоднократно докладывались на научно-практических конференциях Общероссийской профессиональной психотерапевтической лиги (ОППЛ), тезисы опубликованы в соответствующих сборниках. Результаты исследований были также доложены на собрании «Ассоциации врачей-психотерапевтов и практических психологов Самарской области».

Объем и структура диссертации. Диссертация изложена на 157 страницах машинописного текста. Состоит из введения, обзора литературы, описания проведенного исследования и обсуждения полученных результатов, выводов, практических рекомендаций, библиографического указателя, включающего  24 отечественных и 108 зарубежных авторов, приложений. Диссертация иллюстрирована 1 таблицей и 70 рисунками. Во введении обоснована актуальность проблемы, сформулированы цели и задачи исследования. Изложены новизна и практическая значимость полученных результатов. В обзоре литературы приведена эволюция взглядов на динамику интернет-зависимости, современная концепция возникновения интернет-зависимости. Освещено состояние вопроса об аддиктивном поведении в интернете в современной русскоязычной литературе. Выявлена необходимость дополнить полученные данные результатами собственных исследований в русскоязычном секторе интернета, анализом механизмов формирования интернет-аддикции в специфической среде интернета, клиническими данными. В главе 2 описаны материалы и методы исследования. В главе 3 описаны полученные результаты и их обсуждение, а также приведены клинические примеры лечения интернет-зависимости из практики автора и обозначены стратегии терапевтической коррекции интернет-зависимости. В заключении кратко обобщены основные результаты исследования.

 

^ МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

 

Настоящее исследование проводилось в рамках работы кафедры психиатрии и наркологии Новосибирской государственной медицинской академии по изучению интернет-зависимости как разновидности нехимических аддиктивных расстройств.

Материалом исследования послужил анализ 3500 анкет – тестов на интернет-зависимость. Выборка материала проводилась на личном сайте автора, размещенном в интернете по адресу в период с сентября 1999 по сентябрь 2003 года. Сайт был проиндексирован поисковыми системами, ссылки на него имелись на многих медицинских интернет-ресурсах и в системе баннерообмена, с 2001 года «зеркало» сайта с согласия автора исследования было размещено по адресу .

Для опроса использовался состоящий из 20 вопросов тест для диагностики интернет-зависимости, разработанный ведущим исследователем проблемы Кимберли Янг (Young K, 1996), а также 20 дополнительных вопросов и 14 вопросов, касающихся личности респондента. Опросник был выполнен в виде программы, автоматически подсчитывающей количество набранных баллов и отображающей респонденту в окне обозревателя комментарий автора исследования. Техническим консультантом выступил к.т.н. Кисленко Н.П., доцент кафедры прикладной математики Новосибирской государственной архитектурно-строительной академии. Отсылка по электронной почте респондентом результата теста автору исследования осуществлялась на основании информированного согласия. Необходимо учитывать, что данные имеют субъективный характер, единственным источником информации являлся респондент, ответивший на предложенную анкету.

Статистическая обработка результатов исследования проводилась на персональном компьютере с помощью пакета статистических программ Microsoft Excel, все полученные данные являются достоверными, p 0,001.

По результатам анализа данных теста K. Young, представленных на рис. 1, были выделены 3 группы: в группе III «здоровые» оказалось 74% всех ответивших, в группе II «пограничные» - 24%, в группе I «зависимые» - 2%. Это коррелирует с данными, полученными как разработчиком теста, так и другими зарубежными исследователями.

 

Рис. 1. Распределение респондентов по количеству баллов, набранному по шкале К. Янг, %.

 

 

^ Примечание к рис. 1: p 0,001.

 

11 пациентов с количеством баллов по шкале K. Young > 80 из I группы («зависимые») получили индивидуальную консультацию и 8 из них психотерапевтическую коррекцию в модальности бихевиорально-когнитивной психотерапии (7) или трансакционнного анализа (1) в индивидуальном режиме у автора исследования в Новосибирске и Самаре.

 

^ РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ И ИХ ОБСУЖДЕНИЕ

 

Средний возраст в изученной группе интернет-зависимых оказался 21 год (min – 14, max – 35). Молодой возраст интернет-зависимых участников опроса может быть объяснен недостаточной развитостью саморегуляторных механизмов, способности контролировать эмоции, сдерживать импульсивное поведение, что в принципе характерно для лиц молодого возраста. На рис. 2 наглядно представлен возраст участников опроса по группам.

 

Рис. 2. Возрастное распределение респондентов по группам, %.

 

^ Примечание к рис. 2: p 0,001.

 

По нашим данным, половая принадлежность при интернет-зависимости (представлена в виде диаграммы на рис. 3) роли не играет, что совпадает с данными исследований, проведенных университетом в Hertfordshire, Великобритания (Egger, 0. & Rauterberg, M., 1996).

 

Рис. 3. Половая принадлежность респондентов по группам, %.

 

Примечание к рис. 3: p 0,001.

 

Параметр длительности воздействия аддиктивного агента занимает важное место и представлен на рис. 4. Большая часть интернет-зависимых пользуется интернетом более двух лет (5 лет и более – 36.36%), что помогает дифференцировать проявления интернет-аддикции от интенсивного изучения открывшихся новому пользователю возможностей интернета. В рамках данного исследования не отслеживался такой параметр, как длительность наличия симптомов интернет-зависимости.

 

Рис. 4. Стаж использования интернета респондентами по группам, %.

 

^ Примечание к рис. 4: p 0,001.

 

Образовательный статус (представлен на рис. 5) интернет-зависимых респондентов оказался ниже, чем у контрольной группы, что можно объяснить также и возрастом участников.

 

Рис. 5. Образовательный статус респондентов по группам, %.

 

Примечание к рис. 5: p 0,001.

 

В контрольной группе большинство работающих (65.70%), а в группе интернет-зависимых – учащихся (61.82%). Используют интернет для работы 83.65% «здоровых» и 69.81% аддиктов. Так как в группе интернет-аддиктов оказалось больше неработающих (продолжающих образование) участников, то естественно, что их доходы в целом ниже, чем в группах «здоровых» и «пограничных».

Данные о семейном статусе, представленные на рис. 6, соответствуют возрасту опрошенных – 68.30% в контрольной группе и 87.27% в группе интернет-аддиктов не состоят в браке, детей имеют, соответственно, 24.21% и 9.09%.

 

Рис. 6. Семейное положение участников опроса по группам, %.

 

Примечание к рис. 6: p 0,001.

 

Специалистами в области информационных технологий считают себя 36.22% участников контрольной группы и 59.46% аддиктов. Хотя по данным ряда исследователей среди интернет-зависимых преобладают гуманитарии, чем специалисты в области информационных технологий, в исследовании мы наблюдаем обратную ситуацию. Необходимо уточнить, что субъективное мнение о своей квалификации может не соответствовать реальному положению вещей, а свидетельствовать лишь о неадекватно завышенной самооценке респондента. К гуманитариям себя относит примерно равное количество участников во всех трех группах (40.13% «здоровых», 46.35% «пограничных», 47.22% «зависимых»).

В процессе формирования интернет-аддикции происходит централизация использования интернета за счет другой деятельности, в том числе и домашних дел. Из-за большого количества времени, проводимого в сети, страдают успехи в учёбе или работе (наглядное отображение представлено на рис. 7 в виде диаграммы).

 

Рис. 7. Ущерб учебной или трудовой деятельности участников опроса по группам, возникающий из-за слишком длительного пребывания в интернете, %.

 

^ Примечание к рис. 7: p 0,001.

 

Продолжительность аддиктивной реализации дольше ожидаемого времени является одним из ее характерных признаков. Интернет-зависимые обычно занимают оборонительную позицию и пытаются скрыть от окружающих, в том числе и от членов семьи, проводимое в интернете количество времени и то, чем именно они занимаются в сети. Ложь окружающим (работодателям и/или членам семьи) о количестве времени, посвященном аддиктивной реализации, является составляющей любого аддиктивного процесса. Интернет-аддикты проявляют негативное отношение к попыткам окружающих помешать аддиктивной реализации – отвлечь от пребывания в сети. Аддикт боится осуждения в связи с аддиктивной реализацией.

Как правило, первыми обращают внимание на чрезмерность времени, проводимого аддиктом в сети, и высказывают предположение о потере контроля именно окружающие. У самого аддикта критика к своему состоянию/поведению снижена или отсутствует. У интернет-аддиктов есть чувство, что они контролируют себя и могут в любой момент прекратить аддиктивную реализацию. Постоянное желание контролировать использование интернета оказывается неудовлетворенным, а попытки ограничить время, проводимое в сети, оказываются безуспешными, как это видно на рис. 8. В итоге все чаще интернет-зависимые проводят «онлайн» больше времени, чем намеревались.

 

Рис. 8. Частота неудачных попыток сократить время, проводимое в сети, участниками опроса по группам, %.

 

^ Примечание к рис. 8: p 0,001

 

Интернет-зависимые предпочитают сервисы, связанные с общением, регулярно участвуют в рабочее время в чатах или обнаруживают себя на сайтах, не связанных с работой.

Одним из важнейших негативных последствий интернет-зависимости является ущерб не только производственной деятельности, но и социальной активности. Аддиктивная реализация в интернете становится суррогатом межличностных контактов, нарастает изоляция от последних в реальной жизни. Как представлено на рис. 9, интернет-аддикты считают, что с человеком легче общаться «онлайн», чем лично.

 

Рис. 9. Участники опроса по группам, считающие, что с человеком легче общаться «онлайн», чем лично, %.

 

^ Примечание к рис. 9: p 0,001.

 

На контрасте, новые, волнующие и многообещающие взаимоотношения в интернете являются для интернет-аддикта более привлекательными, чем общение с людьми в реальной жизни. Интернет-зависимые часто заводят новые знакомства с другими пользователями, а интернет-независимые предпочитают поддерживать в сети уже имеющиеся отношения.

Тандемные отношения страдают как за счет централизации использования интернета, так и за счет возникновения приоритета на установление и/или поддержание  межличностных отношений в сети. Интернет-зависимые предпочитают аддиктивную реализацию общению с реальным миром, проявляют недовольство, когда кто-то пытается их отвлечь от пребывания в сети, предпочитают нахождение в сети интимному общению с партнером. Интернет-аддикт по мере развития аддикции отказывается от прежнего круга знакомств. Новый круг общения формируется из среды интернет, так как там ему удается завязывать социальные контакты с большей легкостью и нет необходимости их удерживать достаточно долго.

Подобное поведение соответствует критериям аддикций: аддиктивная реализация продолжается, несмотря на социальные, профессиональные проблемы или проблемы с законом.

 

Рис. 10. Блокирование участниками опроса по группам беспокоящих мыслей о реальной жизни утешительными мыслями об интернете, %.

 

^ Примечание к рис. 10: p 0,001.

 

Как видно из диаграммы, представленной на рис. 10, интернет-аддикт блокирует беспокоящие мысли о реальной жизни утешительными мыслями об интернете. Согласно психоаналитической трактовке, фиксация на аддиктивном агенте, в данном случае, интернете, является триггерным механизмом, запускающим аддиктивное поведение. Фиксация у аддикта замещает репрессию (вытеснение) отрицательных переживаний, так как осуществляется с большей легкостью, не требует волевого усилия и энергетических затрат.

Неотъемлемой составной частью аддиктивной реализации является загруженность аддикцией и вне аддиктивной реализации: предвосхищение, то есть мысли о состоянии ухода от реальности, о возможности и способе его достижения. Как следует из данных, представленных на рис. 11, интернет-аддиктам свойственно «предвкушать», чем они займутся в интернете, находясь «оффлайн», или фантазировать о пребывании «онлайн». Человек стремится к аддиктивной реализации, желая избавиться от неустраивающего его психического состояния и заменить последнее состоянием другого содержания.

 

Рис. 11. Предвосхищение или фантазии о пребывании в сети участниками опроса по группам, %.

 

^ Примечание к рис. 11: p 0,001.

 

Стремление к аддиктивным реализациям связано с внутренним дискомфортом вследствие неудовлетворенности своим ролевым поведением, несоответствием ложного (ролевого) и первичного (primary) «Я» (self) (Mead G., 1977).

У каждой личности существует primary self – первичное «Я», которое представляет собой  идеальное представление о том, каким при данном генотипе лучше всего было бы быть данному человеку. В процессе формирования идентичности образуется ложный (ролевой) self. Если ролевой self очень далек от идеального, у человека возникает подсознательное, какое-то инфантильное стремление к себе - «первичному», естественному, желаемому. Аддиктивная реализация позволяет приблизиться к primary self. В результате такой реализации происходит временное избавление от ролевого поведения, облегчается выход за пределы прагматичной реальности, появляется возможность реализовать идеализированный трансференс. Аддикт включается в аддиктивную виртуальную реальность, иллюзорная оценка происходящего нарастает.

Интернет-зависимые будучи вне сети испытывают пустоту, скуку, подавленность, депрессию, раздражение или нервозность. Это состояние проходит, как только они оказываются «онлайн». Аддиктивная реализация в интернете создает иллюзию возможности без какого-либо вреда для себя контролировать свое психическое состояние, вызывать по желанию чувство психического комфорта, избавляться от неприятных эмоций и мыслей.

Фиксация на аддиктивном агенте сопровождается эмоциональным подъемом (эйфория, психическая релаксация, ощущение «взлета», чувство беззаботности, усиление воображение, чувство свободы). Как это видно на рис. 12, интернет-аддикты чувствуют эйфорию, оживление, возбуждение, находясь в сети. По мере развития аддикции требуется проводить все больше времени в интернете для достижения того же эффекта.

 

Рис. 12. Участники опроса по группам, испытывающие ютимию за компьютером, %.

 

^ Примечание к рис. 12: p 0,001.

 

Развитие аддикции рано или поздно приводит к изменению образа жизни, нарушению режимов сна/бодрствования и отдыха/нагрузки, в результате чего страдает не только производительность труда, но и физическое здоровье. Длительное пребывание в сидячем положении, специфическая нагрузка на глаза, позвоночник, мышцы кисти (особенно на правой руке), пренебрежение регулярностью питания, адекватными физическими нагрузками (за счет централизации времени на использование интернета) – все это приводит к ухудшению здоровья. В результате нарушения психофизиологических норм и эргономических требований к деятельности за компьютером, нарастает утомляемость, появляется риск возникновения физических нарушений – симптомов патологического использования компьютера, к которым относятся: мигренеподобные головные боли и боли в спине, сухость в глазах, синдром карпального канала (онемение и боли в кисти руки).

В отличие от поиска острых ощущений риск при интернет-аддикции небиологический. Аутодеструктивный драйв, оказываясь замаскированным, проявляется уходом от биологической стороны жизни. Человек пренебрегает сном, личной гигиеной, принятием пищи, а также домашними делами и работой/учебой. Драйв самосохранения оказывается подавленным, возникают депрессивные эпизоды различного регистра, суицидальные мысли. Высокая корреляция (86.11% (группа I «зависимые») и 36.05% (группа III «здоровые»)) признания суицидальных мыслей подтверждает предположение об активации у интернет-аддиктов аутодеструктивного драйва вплоть до суицидальных тенденций, как это видно на рис. 13.

 

Рис. 13. Участники опроса, отмечавшие у себя суицидальные мысли, по группам, %.

 

Примечание к рис. 13: p 0,001.

 

Откуда берутся изобилующие в литературе случаи самоубийств у интернет-аддиктов? Стремясь заполнить внутреннюю пустоту и избежать решения текущих проблем аддиктивная личность, выбравшая в качестве способа ухода интернет, считает, что это и есть выход. На деле оказывается, что выхода нет. Крах надежд приводит к суициду. Не последнюю роль играет и большая открытость при опосредованном компьютером общении, приводящая в том числе и к большей эмоциональной ранимости.

Здесь на первый план выходит стремление аддикта к бегству от реальности, к отключению от имеющихся переживаний. Чем сильнее активизирован этот драйв, тем деструктивнее и злокачественнее течение аддикции. На той стадии развития интернет-аддикции, когда с помощью данного аддиктивного агента  - интернета становится невозможным изменить психическое состояние, возрастает риск совершения аддиктом суицидальной попытки.

При развитии у человека интернет-зависимости существует еще одна опасность, о которой необходимо помнить: когда первично формируется аддиктивная личность, уже неважно, с чего все началось – с интернета ли, с азартных игр, шопинга или с какой-либо из химических аддикций. На определенном этапе возникает ситуация, когда человек пытается избавиться от одной, данной аддиктивной реализации, и попадает в «ловушку» другой. Был зависим от интернета – переключился на наркотики, был работоголиком – стал патологическим игроком (гэмблером) и так далее.

Как это представлено на рис. 14, отмечали в своей жизни периоды злоупотребления алкоголем,  наркотиками или любыми другими веществами, изменяющими состояние сознания более трех четвертей опрошенных из группы «зависимые» («здоровые» - 34.92%), что подтверждает предположение о наличии полиаддиктивных проявлений (в данном вопросе речь идет о химических аддиктивных реализациях) у интернет-зависимых. Выявлено сочетание интернет-аддикции с другими формами аддиктивного поведения: компьютерным гэмблингом, сексуальной аддикцией.

 

Рис. 14. Наличие у участников опроса в прошлом периодов злоупотребления алкоголем,  наркотиками или любыми другими веществами, изменяющими состояние сознания, по группам, %.

 

^ Примечание к рис. 14: p 0,001.

 

Таким образом, интернет-зависимость является аддиктивной реализацией, формирующейся у лиц, имеющих определенный преморбидный фон (прежде всего, основная недостаточность, способствующая формированию собственно аддиктивной личности), либо очередной аддиктивной реализацией с помощью интернета у уже сформировавшегося аддикта.

Группу риска составляют молодые мужчины (< 21 года), продолжающие образование, не состоящие в браке, указывающие на наличие в прошлом аффективных расстройств и различного рода аддиктивных реализаций.

Рассмотрим факторы, делающие интернет притягательным в качестве средства ухода от реальности и способа получения удовольствия, то есть аддиктивным агентом.

Одним из основных таких факторов является сверхличностная природа межличностных взаимоотношений в интернете. Различия между людьми в виртуальной среде скрыты, нет затормаживающего влияния невербальных компонентов реального общения. Хотя человек с помощью компьютера в своих представлениях взаимодействует с другим человеком (людьми), на самом деле он видит перед глазами фрагменты текстов с комбинациями символов, условно принятых в интернет-среде для отображения эмоций (например, «:-)» - «смайлик», от англ. smile – «улыбка» обозначает хорошее настроение или «;-)» - «подмигивание»). Таким образом происходит выход за пределы обыденного «Я», включая привычное ролевое поведение. Важную роль в этом играет возможность для реализации представлений, фантазий с обратной связью.

Идеализированная  самопрезентация и идеализированное восприятие собеседника усиливают друг друга. Даваемая другими участниками опосредованных компьютером социальных отношений обратная связь реальна (в том смысле, что индивидуальна и представляет собой ответ, реакцию именно на данный стимул). Здесь можно вести речь о различных вариантах представления идентичности, выбора социальных ролей. Потенциально у любого человека есть возможность быть не только самим собой, но и кем-то другим. На практике эту возможность реализуют, например, люди, выбирающие профессию актера или люди, живущие одновременно «несколькими жизнями». Человек может иметь несколько различных вариантов самопрезентации, в каждой из которых он ведет себя совершенно естественно. Часто люди мечтают о том, чтобы пожить «другими» жизнями. Интернет предоставляет такую возможность. Существенную роль в интернет-общении играет обратная связь, которая оказывается для субъекта эмоционально насыщенной, является реакцией и подтверждает проявления данной идентичности, что способствует дальнейшему развитию последней. В ряде форумов Рунета (например, ) администрация предпринимает шаги, направленные на то, чтобы среди зарегистрированных участников форума не было так называемых «ботов» (когда один и тот же человек пишет в форум от имени разных персонажей).

В сети существует возможность создавать новые образы «Я», варианты самопрезентации; воплощение представлений и/или фантазий, не возможных для реализации в обычном мире, например, киберсекс, ролевые игры в чатах и т.д.; различные варианты представления идентичностей и социальных ролей.

В интернете есть возможность анонимных социальных интеракций. При этом особое значение имеет чувство безопасности при осуществлении интеракций, включая использование электронной почты, чатов, ICQ и т.п.

Наличествует и вуайеристический аспект - «электронное подслушивание» чужих личных переживаний, эмоциональных состояний. Например, во многих чатах, где люди общаются, делясь личными переживаниями, дают и получают эмоциональную поддержку, ряд посетителей не принимает участие в «разговорах», предпочитая «подслушивать» других участников.

В интернете существует эксклюзивная возможность поиска нового собеседника, удовлетворяющего практически любым критериям. При этом нет необходимости удерживать внимание одного собеседника, т.к. в любой момент можно найти нового.

С обретением доступа в интернет расширяется возможность включения человека в различные виртуальные социальные сети, и, как следствие, возможность получения некоего социального статуса (поиск самоутверждения). Этот фактор имеет особое значение для тех, кто не достиг желаемого социального статуса в реальной жизни.

Не последнюю роль играет и неограниченный доступ к информации («информационный вампиризм»), т.к. в основном опасность стать зависимым от интернета подстерегает тех, для кого компьютерные сети оказываются иногда единственным средством общения.

Таким образом, социальные контакты в виртуальном сообществе имеют специфическую природу, сочетая такие качества, как избирательность, анонимность и доступность. Интернет как способ аддиктивной реализации достаточно уникален, но лишь одно это не может объяснить появление интернет-аддикции, должна присутствовать определенная личностная предрасположенность. «Комплекс недостаточности» (низкая самооценка, неудовлетворенность собой), склонность к фантазиям, застенчивость, наличие социальной фобии, осознание недостатка социального статуса или внимания к своей персоне – вот черты личности, которые могут предрасполагать к возникновению интернет-зависимости.

Формирование основной недостаточности приводит к аддиктивному развитию личности. Аддикция может стать временной точкой кристаллизации, вокруг которой человек пытается собрать себя, как бы консолидируя «Я» (self) вокруг этой точки. Это стремление приобретает экзистенциально-витальный характер. Выстроенная таким образом личность может быть названа аддиктивной. Восприятие и мироощущение аддиктивной личности включает себя, других, систему ценностей, предпочтений, принимаемые решения, мышление, эмоции, мечты (в том числе addictive dream – «предвкушение»). На фоне новой консолидации прежняя жизнь по контрасту кажется дефектной, серой, тусклой.

Развитие интернет-зависимости проходит несколько стадий:

1. Формирование аддикции;

2. Развитие аддикции;

3. Удерживание аддикции.

Безусловно, имеет место определенная наследственная предрасположенность к аддиктивным расстройствам. Возможно, одна из причин аддиктивных расстройств в своеобразном обмене серотонина и других нейромедиаторов. С другой стороны, нельзя упускать из виду механизм «сценарного наследования», когда человек (обычно неосознанно) выбирает ту или иную модель поведения по образу и подобию какой-то значимой личности из своего детского окружения.

По способам использования интернета выделяют два основных типа интернет-зависимых: первые используют интернет как средство получения удовольствия, вторые как средство ухода от реальности. Часто наблюдается сплетение мотиваций. В сети более 90% интернет-зависимых  предпочитает использовать сервисы, связанные с общением (K. Young, 1996).

Проведение данного скринингового обследования послужило профилактикой и, отчасти, психокоррекцией лиц с пограничным количеством баллов по шкале K. Young и интернет-зависимых. Все участники опроса в автоматическом режиме получали обратную связь от исследователя с информацией о количестве набранных баллов по шкале K. Young и один из нижеприведенных комментариев:

«Вы обычный пользователь интернета. Можете путешествовать по сети сколь угодно долго, т.к. умеете контролировать себя» (для набравших 20 - 49 баллов по шкале K. Young, III группа);

 «У Вас есть некоторые проблемы, связанные с чрезмерным увлечением интернетом. Если Вы не обратите на них внимание сейчас - в дальнейшем они могут заполнить всю Вашу жизнь» (для набравших 50 - 79 баллов, II группа);

«Использование интернета вызывает значительные проблемы в Вашей жизни. Требуется помощь специалиста-психотерапевта» (для набравших 80 - 100 баллов по шкале K. Young, I группа).

Ряд участников опроса вступил в контакт с автором по e-mail или ICQ с дополнительными вопросами об интернет-зависимости, просьбой об оказании психотерапевтической помощи, о рекомендации психотерапевта в городе проживания респондента и т.д. Участие в опросе помогло многим респондентам критично оценить свою ситуацию и принять меры по коррекции поведения.

За 4 года проведения исследования к автору, как ко врачу-психотерапевту обратились 34 человека из групп I («зависимые») и II («пограничные»). Характерно, что большинство обратившихся интересовались возможностью проведения психокоррекции онлайн, получили в ответ разъяснения о нецелесообразности и невозможности такого варианта терапии и предложение обратиться к квалифицированному психотерапевту в городе проживания. 11 пациентов из I группы получили индивидуальную консультацию и 8 из них психотерапевтическую коррекцию у автора исследования. Можно отметить, что общими для большей части пациентов являлись такие черты личности как «комплекс недостаточности» (низкая самооценка, неудовлетворенность собой), инфантильность, эгоцентризм, недостаточная ответственность, низкая коммуникативность в повседневной жизни, предпочтение в интернете сервисов, связанных с общением, склонность к колебаниям аффекта.

Все аддиктивные расстройства имеют общие психологические механизмы, поэтому коррекция интернет-аддикции не может ограничиваться элиминацией данного способа аддиктивной реализации. Коррекция аддиктивного поведения с патологическим использованием интернета требует длительного лечения психотерапевтом индивидуально или в группе. Одним из наиболее адекватных подходов считается бихевиорально-когнитивный. Цель терапии должна включать: повышение самооценки и самоосведомленности, усиление контроля над импульсами, увеличение стабильности межличностных отношений, а также социальную адаптацию. При необходимости к психотерапевтическому воздействию должна быть присоединена психофармакотерапия препаратами, снимающими психоэмоциональное напряжение: антидепрессантами (селективные ингибиторы обратного захвата серотонина), анксиолитиками (атаракс, ксанакс, алпрозалам) и/или седативными препаратами (сибазон, оксазепам, реланиум).

 

ВЫВОДЫ

 

1. Интернет-зависимость формируется у аддиктивно-предрасположенной личности в соответствии с динамикой, свойственной классическому аддиктивному процессу, или является новой аддиктивной реализацией у уже сформировавшегося аддикта. Группу риска составляют молодые мужчины (< 21 года), продолжающие образование, не состоящие в браке, указывающие на наличие в прошлом аффективных расстройств и различного рода аддиктивных реализаций.

2. Предрасполагающими факторами трансформации интернета в аддиктивный агент являются:

2.1. Сверхличностная природа межличностных взаимоотношений.

2.2. Возможность анонимных социальных интеракций.

2.3. Возможность для реализации представлений и фантазий с обратной связью, включая различные варианты идентичности, социальных ролей.

2.4. Вуайеристический аспект.

2.5. Уникальные возможности поиска нового собеседника, отсутствие необходимости удерживать его внимание.

2.6. Расширение возможностей для коммуникации в различных виртуальных группах, дающих возможность для получения определенного социального статуса.

2.7. Неограниченный доступ к информации.

3. Для интернет-аддиктов характерны: «предвкушение» аддиктивной реализации, проблема контроля, низкая критика к собственному состоянию, нарушения социальной адаптации в реальной жизни. При длительном воздействии аддиктивного агента у интернет-зависимых возникают следующие коморбидные состояния: депрессивные расстройства различного регистра, в том числе с суицидальными тенденциями; нарушения режима и качества сна; цефалгии; боли в спине и синдром карпального канала.

4. При интернет-зависимости формируется классический аддиктивный континуум, поэтому когда данный аддиктивный агент (интернет) перестает оказывать желаемое действие, существует вероятность смены способа аддиктивной реализации на другие нехимические или химические аддикции.

5. Коррекция интернет-зависимости не может ограничиваться элиминацией данного способа аддиктивной реализации и требует длительного лечения психотерапевтом индивидуально или в группе. При необходимости к психотерапевтическому воздействию должна быть присоединена психофармакотерапия препаратами, снимающими психоэмоциональное напряжение (антидепрессанты, седативные препараты). Проведение данного скринингового обследования послужило профилактикой и, отчасти, психокоррекцией лиц с пограничным количеством баллов по шкале K. Young и интернет-зависимых. Обратная связь от исследователя с информацией о наличии или отсутствии зависимости помогла многим респондентам критично оценить ситуацию и принять меры по коррекции поведения.

 

^ ПРАКТИЧЕСКИЕ РЕКОМЕНДАЦИИ

 

1. При первичном обследовании лиц, подозрительных на наличие интернет-зависимости, может быть использован опросник K. Young, переведенный и модифицированный автором данной работы, позволяющий выявить патогномоничные признаки интернет-зависимости: предвкушение аддиктивной реализации, проблему контроля, низкую критику к собственному состоянию, нарушения социальной адаптации в реальной жизни; коморбидные состояния: аффективные расстройства в виде депрессий различного регистра, в том числе с суицидальными тенденциями; нарушения режима и качества сна; цефалгии; боли в спине и синдром карпального канала. Выявить предикторы развития интернет-зависимости: наличие в прошлом эпизодов аффективных нарушений и аддиктивных реализаций.

2. Использовать данные о частоте и распространенности интернет-зависимости для планирования и организации профилактических и коррекционных мероприятий.

3. Для коррекции интернет-зависимости должны использоваться социально-реабилитационные мероприятия, психотерапевтический подход в бихевиорально-когнитивной модальности и психофармакологическое лечение препаратами, снимающими психоэмоциональное напряжение (антидепрессанты, анксиолитики, седативные препараты).

 

 

 

 

 

 

 

^ СПИСОК РАБОТ, ОПУБЛИКОВАННЫХ ПО ТЕМЕ

ДИССЕРТАЦИИ

 

1. Бурова (Лоскутова) В.А. Результаты исследования интернет-зависимости среди пользователей Рунета// Тезисы докладов 60-й - 61-й итоговой научной конференции студентов и молодых ученых – Новосибирск, 2000 год. С. 253.

2. Бурова (Лоскутова) В.А. Интернет-зависимость – патология XXI века?// Научно-практический журнал «Вопросы ментальной медицины и Экологии», том VI №1 2000. С. 11-13.

3. Бурова (Лоскутова) В.А. Феномен интернет-зависмости и психотерапевтические ресурсы// Тезисы докладов Весенней научно-практической конференции ОППЛ – Москва, 2000. С. 20-21.

4. Бурова (Лоскутова) В.А., Есаулов В.И. Механизмы формирования интернет-аддикции// Тезисы докладов Съезда психиатров России – Москва, 2000. С. 290-291.

5. Бурова (Лоскутова) В.А. WWW.ВЫХОДА.NET?// Газета «Известия», тематическое приложение «Телекоммуникации», 4 мая 2000 года, №81 (25673). С. 4.

6. Бурова (Лоскутова) В.А. Кибераддикты среди нас// Газета «Известия», тематическое приложение «Наука», 25 мая 2001 года, №2 (2). С. 4.

7. Бурова (Лоскутова) В.А. Об интернет-зависимости// Доклад на собрании «Ассоциации врачей-психотерапевтов и практических психологов Самарской области», 11 апреля 2001 года.

8. Короленко Ц.П., Лоскутова В.А. Интернет-зависимость в русскоязычном секторе интернета// Принята к публикации в «Бюллетень СО РАМН». - 2004 г.

 

Соискатель:                                         Лоскутова В.А.